Ключевые выводы
- Зафиксировано 8 221 случай незаконного лишения свободы с начала вторжения и по конец 2025 года.
- Большинство задержанных — мужчины трудоспособного возраста, социально и экономически активные.
- Удерживают как в исправительных учреждениях, так и в неофициальных местах (подвалы, гаражи, ямы).
- Улучшение условий содержания используется как поощрение за «сотрудничество».
- Многих держат годами без официальных обвинений и связи с внешним миром.
- Применяются не опубликованные «квазиправовые акты», которые противоречат международным обязательствам и Конституции РФ.
- Авторы доклада квалифицируют практику как массовую и системную, а не как единичные эксцессы исполнителей.
- Правозащитники видят в этом основание для санкций, но отмечают серьёзные юридические и политические ограничения на их введение.
- Гражданские лица почти не участвуют в обменах; одна из таких сделок в конце 2025 года предусматривала по 15 человек с каждой стороны, при этом Россия передала 10.
Условия содержания и практика задержаний
Задержанных содержат в самых разных местах — от официальных изоляторов и колоний до импровизированных камер в подвальных помещениях, гаражных ямах и других закрытых пространствах. Изменения условий зачастую служат инструментом давления или стимулом для получения «сотрудничества». Родным и ищущим информацию о задержанных часто не предоставляют сведений о месте нахождения.
Правовая оценка и рекомендации авторов
Авторы доклада указывают, что применение неопубликованных внутригосударственных актов при задержаниях свидетельствует о нарушении международных обязательств и конституционных норм. В качестве инструмента давления и принуждения к выполнению международного и внутреннего законодательства предлагается международное давление, в том числе санкции против причастных государственных структур.
«Мы нашли достаточно подтверждений для обоснования санкций в отношении государственных организаций, упомянутых в докладе»
Ограничения международной юрисдикции
Авторы отмечают, что международные механизмы преследования и выдачи ордеров ограничены: процедуры МУС редки и затруднены политическими и процедурными препятствиями. Поэтому в настоящий момент санкции рассматриваются как наиболее доступный, но политически сложный инструмент.
Роль обменов
Гражданские почти не участвуют в массовых обменах между сторонами конфликта. В одном из обменов, состоявшемся в конце 2025 года, при планировавшихся по 15 человек с каждой стороны Россия передала только десять человек, что подчёркивает ограниченность таких механизмов для освобождения всех задержанных.
