Смерти политзаключённых в тюрьмах России: номера дел и сомнения вокруг версий

Сообщения о гибели людей, осуждённых по политически мотивированным статьям, часто поступают с задержкой. В ряде случаев официальные версии обстоятельств смерти, включая версии о самоубийстве, вызывают сомнения у родственников и правозащитников.

Общая картина

По данным правозащитных организаций, с начала 2026 года в местах лишения свободы в России зарегистрированы как минимум пять случаев смерти людей, осуждённых по политически мотивированным делам; известен ещё один случай, произошедший в 2025 году, о котором стало известно уже в 2026 году. За период с начала 2000‑х в местах лишения свободы зафиксированы десятки случаев гибели таких людей, значительная часть — с 2022 года. В ряде эпизодов официальная причина смерти обозначена как суицид, но родственники и активисты сомневаются в этих версиях и призывают к независимым проверкам.

Христолюб Веган (Дмитрий Кузнецов)

47‑летний проповедник, антивоенный активист и видеоблогер скончался в колонии в Воронежской области. Родственникам сообщили, что он повесился в камере. Ранее ему назначили три года колонии‑поселения, а перед этапированием он выходил на антивоенные пикеты. После задержаний и штрафов его принудительно этапировали и перевели в колонию общего режима.

В день гибели на его канале появилось заранее записанное обращение, где он предупреждал о риске для своей жизни и просил, в случае смерти, провести независимую экспертизу. Участники группы поддержки и родственники сомневаются в версии о суициде: они указывают на религиозность покойного и возможность давления в местах содержания, а также упоминают планы объявить голодовку. Семья в итоге отказалась от независимой экспертизы и кремировала тело; отец, по словам близких, не верит в официальную версию.

Андрей Акузин

53‑летний художник умер в СИЗО в Комсомольске‑на‑Амуре. По официальной версии, это было самоубийство. Коллеги и близкие отмечают, что у него были признаки подавленного состояния: годом ранее в окружении произошёл суицид знакомого, а после ареста художника поместили в изоляцию без адвоката, что, по словам окружения, сказалось на его состоянии.

Александр Доценко

65‑летний художник, осуждённый вместе с супругой за распространение антивоенных листовок, официально умер от инфаркта. Его госпитализировали в критическом состоянии и ввели в искусственную кому; адвокату сообщили о госпитализации с задержкой. Семья узнала о смерти от врачей больницы, а не от органов исполнения наказаний.

Роман Сидоркин

52‑летний сотрудник оборонного предприятия из Курска был приговорён к длительному сроку. В декабре 2025 года у него начались проблемы с дыханием и пневмония, однако лечение задерживалось. Его перевели в профильное учреждение в начале января, в феврале официально диагностировали пневмонию, и через несколько дней он скончался. Позже правозащитники сообщили детали случившегося и указывали на предыдущие жалобы на жестокое обращение в самом учреждении.

Владимир Осипов

В марте в следственном изоляторе скончался житель Подмосковья, осуждённый на шесть с половиной лет по статье о «фейках» об армии за публикации в соцсетях. Родственники указывали на тяжёлую гипертонию и жаловались на отказ в лечении после избиения при задержании. В ходе процесса ему вызывали врача из‑за аритмии, но слушания не прекращали; родственники отмечают также нечеловеческие условия содержания, проблемы с питанием и водой и отсутствие базовых вещей.

Олег Тырышкин

64‑летний бывший шахтёр и профсоюзный активист из Кузбасса был осуждён по статье об «оправдании терроризма» и приговорён к двум годам. По данным близких, у него были серьёзные проблемы со здоровьем: киста головного мозга, панические атаки и затруднённое дыхание. Его этапировали в СИЗО в связи с возможным новым уголовным делом; во время дистанционного заседания он жаловался на плохое самочувствие и падал на пол камеры. По свидетельствам родственников, фельдшер утверждал, что показатели в норме, а суд счёл происходящее симуляцией. О смерти стало известно позже, а защита и семья не были своевременно проинформированы.

Требования родственников и активистов

Родственники и правозащитники последовательно ставят вопросы о полноте и прозрачности расследований смертей в местах лишения свободы и призывают к проведению независимых экспертиз и проверок условий содержания. Во многих случаях они отмечают задержки с передачей информации семье и затруднённый доступ к медицинской помощи.